Об этом удивительном во всех отношениях романе я узнал не очень давно и сразу же им  заинтересовался. На него попросила обратить внимание глубокоуважаемый мной человек, профессор Национального университета, известный литературовед А.Н. Давшан, у которой мне довелось учиться на прежнем филфаке. Оказалось, что его написала моя однокурсница, круглая пятерочница в тот период, Ариадна Васильевна.

Взял почитать и сразу увлекся. Любое произведение, в котором есть невыдуманная история, привлекает читателя. Ну, а если там много различных историй, связанных с вынужденной эмиграцией людей, масса поистине трагических коллизий, связанных с действиями советского тоталитарного строя после октябрьского  переворота, то получается хорошая книга! Речь идет о двухтомнике ташкентского писателя  и драматурга Ариадны  Васильевой. «Возвращение в эмиграцию». Она же является автором книги «Камень Саидберды», пьесы «Ошибка доктора Фауста», музыкального спектакля «Майсара», а созданная Васильевой пьеса « Шеньсянь. Китайская сказка » уже не один год идет с успехом в молодежном театре Узбекистана, где ей раньше доводилось работать зав.литом.  Так как  накопилось много вопросов, которые требовали ответа  я отправился со своим диктофоном к автору. чтобы получить на них ответы. И вот какой у нас состоялся разговор:

-  Ариадна Андреевна, нам есть о чем поговорить, тем более , что мы знаем друг друга давно, с того времени когда  вместе учились на филфаке Ташкентского университета. И вот прошло довольно много времени и я вдруг узнаю, что учился с самым настоящим писателем.  Не знал также ,что в вашей биографии есть такой штрих, как рождение в Париже в 1942 году, в  период Второй мировой войны. И вообще много чего не знал о своей однокурснице. Давайте начнем наш разговор с того момента, когда ваша семья оказалась во Франции

-  Мой прадед был генералом царской армии, к 1917 году он был уже в отставке. Когда случился переворот, он понял, что семью надо спасать. Шло отступление с белой армией на юг, до Анапы вначале,  потом Новороссийск и уже оттуда, в 1920 году все перегрузились на корабль и сначала отправились в Турцию, где прожили три года, пока не пришел к власти Кемаль-паша. С этого момента началось выживание русской эмиграции. Начались серьезные проблемы, потому что людям некуда было ехать. У них не было никаких прав, никаких виз, никаких документов. И тогда этот вопрос  стал решаться в Лиге Наций. И главным заступником этих русских людей, в том числе и нашей семьи, стал великий норвежский исследователь Фритьоф Нансен. После его довольно жестких выступлений были найдены возможности оформлять документы и люди могли уехать туда, куда изъявляли желание. В основном это была Франция. Можно сказать, что она и приняла  в основном русскую эмиграцию. Небольшое количество людей оказались в Англии, Америке, Германии.  И еще сухопутным путем люди шли через Румынию в Чехию и Болгарию. То есть это было рассеивание  по всему миру. И в 1923 году наша семья, получив нансеновский паспорт, он так и назывался, отправилась во Францию, сначала в Марсель, потом в Париж. Так начался французский этап нашей семьи.

- А кто был  тогда в ее составе?

- Мой прадед в Турции все время ходил на пристань, ждал корабли, чтобы встретить сына. Он его дождался, но сильно простудился, заболел воспалением легких, от чего и умер. Потому во Франции оказались мои прабабушка – глава семьи, ее дочь – моя бабушка, ее сын, еще одна дочь - моя мама и дети.

- В книге «Возвращение в эмиграцию» все это описано в полной мере. Потом ведь была война, и еще много различных коллизий. Как вы там жили?

-Мы там на ноги так и не встали. Жилось тяжело. Во-первых, ни у моей матери ни  у отца не было французского гражданства. У мамы было право на работу, в связи с тем, что у  нее был нансеновский паспорт. Все кто его имел, получали вид на жительство и  право на работу. А тем, кто приехал без этого паспорта, получить работу было очень трудно. У моего отца его не было. И накануне нашего отъезда , ему дали такое право. Если бы это право у него было изначально, мы бы может быть не уехали.

- Вы родились действительно в Париже?

- Да, это так, родилась в этом городе в 1942 году в доме матери Марии, на улице Люрмель, дом 77. Из этого дома мы ушли во время войны, когда он был разгромлен фашистами. Я описываю все это в романе достаточно подробно. Потом мы оказались в другом доме, где прожили до 1947 года. Когда мы уезжали обратно, в Россию, мне было 5 лет. По французски я говорила, поскольку там ходила в детский сад, говорила совершенно свободно. Ну а когда мы сюда переехали, язык быстро забылся.

- Роман неспроста ведь называется «Возвращение в  эмиграцию». Я не думаю , что все русские люди, которые там оказались, стремились вернуться обратно. Ведь как написано в книге, людей сталинская пропаганда ввела в заблуждение, пообещав, что все будет хорошо, мы победили в войне, и теперь надо возвращаться.

-  В общей сложности из Западной Европы уехало всего около десяти тысяч человек. А вся эмиграция состояла порядка из восьми миллионов человек по современным данным. Большой обман действительно был. В 2003 году исполнилось 50 лет со времени смерти Сталина. Есть такой французский журналист Никола Жалло. Он создал документальный фильм и написал книгу, которые назывались «Заманенные Сталиным». Для этого он приехал в Россию и стал разыскивать людей, уехавших из Франции. Одна группа уехала морем в 1946 году, другая поездом через Европу. Всего было около 5000 человек. И вот он стал искать и смог найти только 70 семей. Жалло искал по всей России, искал через посольства и получалось, что как будто нас не было.

- По-видимому, какие - то скрытые репрессии имели место.

- Вероятно, таков был изначальный замысел. Вот, Солженицын был убежден, что замысел был именно такой – собрать всю эмиграцию и уничтожить. И судя по дальнейшему развитию событий это действительно было так.

Нас встретили очень странно. Мы приехали в Гродно и нас расселили в бывшем немецком концлагере. Я этот барак помню. Это было темное помещение. Открыта дверь на улицу, вижу земляной пол, нары и столбы, подпорки под кровлю Причем крыши там не было, а вот такие вот балочные перекрытия. И вокруг этих столбов мы – дети, крутились, играли. И нас промариновали в этом бараке около двух месяцев. Все было странно. Видимо решался вопрос – сажать сразу или постепенно. Потом приехала комиссия  по делам репатриантов. Нас называли реэмигрантами, то есть снова эмигранты. И стали отправлять семьи в разные города. Таким образом, раскидали по всему бывшему Союзу. А уже там люди исчезали. К примеру, из десяти семей, которые я знаю, только три избежали тюрьмы, гибели. И возможно, даже расстрела. Что произошло с теми, кого я знала в  ту пору, неизвестно.

- Ташкентский период жизни  вашей семьи когда начался?

-  В 1962 году. Тут очень интересно. Сначала нас распределили в Брянск и там мы прожили, где- то год. А потом уехали. Причем отец хотел завербоваться на Сахалин. А случилось так, что уехали мы в Крым. Выписались как бы на Сахалин, а уехали туда. Думается, что работники спецслужб нас просто потеряли. Фамилия у нас распространенная, компьютеров тогда не было. Из Крыма нас выслали в Лисичанск. Там мы не прижились, уехали в Мелитополь. Оттуда переехали в Бердянск. Вот так мы пропутешествовали до 1962 года и только в Узбекистане мы обрели покой. Потому что и времена изменились и   здесь все нормализовалось .Именно он стал для нас родным домом.

- Есть первая и вторая книги, может быть задумана и третья, о ташкентском периоде вашей жизни.

-  Да, я ее когда - нибудь надеюсь написать. Честно говоря я даже начала ее уже писать. Это самое сложное из того, что задумано в моей творческой жизни, потому что все очень близко. Я закончила первую книгу в 1993 году и с тех пор искала и ищу издателя, пока не нашла. Поэтому я свой роман разместила в интернете и отпустила его в свободное плавание.  Кто хочет – прочтет. Можете на вашем сайте напечатать мой электронный адрес, и тот, кого это заинтересует, может и прочитать, и обратиться с предложением об издании. Буду рада. www.ariadna-vasilyeva.narod.ru

- Спасибо за разговор. Было очень интересно. Вам больших успехов, чтобы все получилось и все написалось.