"ОКШОМ-ВЕЧЁРКА": ПАМЯТЬ СИЛЬНА ЛЮДЬМИ

Постепенно многие газеты и журналы переходят на цифровой формат освещения событий в Узбекистане. Cейчас в республике осталось не так много бумажных версий некогда популярных изданий. А неумолимое время забирает и многих опытных специалистов, которые вершили профессиональную журналистику, обучали её канонам нас, журналистов 70-80-х годов…

Задуманный крупный проект журналиста, публициста и издательского деятеля Узбекистана Ильмиры Зайнутдиновой — продолжить книгу Зиеда Есенбаева о журналистах, преданных своему делу, прессе, — можно только приветствовать и поддержать, чтобы помнить о журналистах  той эпохи и той школы, которая фактически уже уходит...

По просьбе Ильмиры Зайнутдиновой, много лет проработавшей в газетах «Тошкент Окшоми»-«Вечерний Ташкент» и хорошо знавшей моего отца, я подготовила материал для ее уникального проекта.

Мой отец Михаил Фёдорович Савельев в редакции газет «Вечерний Ташкент»-«Тошкент окшоми» проработал  с 1966 года, со дня ее основания и до своей смерти в апреле 1994 года. Он один из тех, кто вместе с первым главным редактором столичных газет Сагдуллой Караматовым стоял у истоков организации Окшом и Вечерки, отчасти и формирования творческого коллектива русскоязычного издания. Люди, которых он пригласил на работу, долгие годы составляли костяк «Вечёрки»…

«Окшом-Вечёрка» и далёкие 60-е... Этот материал в какой-то степени дань памяти самому уникальному по любви и популярности изданию в стране. И, конечно, дань памяти людям, много лет работавшим в редакции — как их помню я, а также через восприятие моего отца… Ведь с ними во многом была переплетена и его жизнь, его творческая деятельность.

…Было время, когда почтовые ящики ташкентцев буквально ломились от выписываемой периодики, и нередко журналы и газеты даже свисали из него. А выписывали люди тогда много, и это были "Совет Узбекистони", «Правда Востока», "Тошкент хакикати"-«Ташкентская правда», «Известия», "Комсомольская правда', «Комсомолец Узбекистана», "Ешлик", «Юность», «Вокруг света», "Шарк юлдузи-Звезда Востока", другие издания… И обязательно — «Тошкент окшоми»-«Вечерний Ташкент», издававшиеся на узбекском и русском языках. Ташкентцы эту единственную городскую газету с теплотой называли «Окшомой-Вечёрочка»… Она была самой популярной, самой ожидаемой и самой любимой. В ней практически все члены семьи находили для себя нужное и интересное: новости, интервью, полезные советы, рецепты, юмор,  стихи и даже рассказы и сказки для детей… Это, по сути, и была семейная газета, домашняя….           

В 2026 году газете «Тошкент окшоми»-«Вечерний Ташкент» исполнилось бы 60 лет, если бы она продолжала жить, быть и издаваться. Первый номер газеты вышел 1 июля 1966 года.

Мой отец, как уже подчеркивала, вместе с первым главным редактором «Тошкент окшоми»-«Вечерний Ташкент» Сагдуллой Музаффаровичем Караматовым стоял у истоков создания этой газеты. Без малого 30 лет Михаил Фёдорович руководил отделом экономики, промышленности и транспорта. У него имелся необходимый опыт организации изданий: на некогда крупнейшем и мощном авиазаводе Узбекистана ТАПОиЧ отец создал многотиражную газету «Ударник», став ее первым главным редактором. В течение ряда лет папе не раз предлагали занять руководящие посты в «Вечёрке», но он неизменно отказывался, говоря, что и в должности руководителя экономического отдела приносит максимальную пользу газете. В «Вечернем Ташкенте», как выше отмечалось, он проработал  с 1966 года и до своей смерти в апреле 1994 года, бессменно заведуя экономическим отделом.

Газета — продукт коллективный, это детище всей редакции, творческих сил, видения и мышления журналистов. Так говорил мой отец, когда я пошла по его стопам, закончила ТашГУ (сейчас Национальный университет Узбекистана) и уже стала работать в газете. По его совету, ещё учась в школе, я сотрудничала с газетами «Пионер Востока» и «Комсомолец Узбекистана», готовя для этих редакций свои первые заметки и информации...

В рассказе о столичных газетах будем честны, справедливы и уважительны к людям, которые долгие годы трудились в редакции «Тошкент окшоми»-«Вечерний Ташкент». Я очень хорошо помню атмосферу «Окшом-Вечёрки»… Редакция располагалась на втором этаже журнально-газетного корпуса. Это была специально построенная 17-ти этажная высотка для всех редакций газет и журналов. Возведение знаменитого здания с часами шло пять лет, и оно удачно вписалось в архитектурный центр Ташкента.  И папа стал первым журналистом, который именно на страницах «Вечёрки» рассказал о том, как разрабатывался проект этого здания, ориентированный именно на редакционные помещения, почему возникла идея установить на фасаде часы и  кто заботится о том, чтобы их механизм был в порядке, и они всегда показывали точное ташкентское время. Вообще, Михаил Фёдорович обладал отменным нюхом на интересные события и информацию  и умел грамотно распорядиться полученными фактами. Кстати, добывал он их всегда, потому что умел разговорить любого человека,  даже того, кто первоначально отказывался от беседы. А расположив, он никогда ради «красного словца» не искажал факты, поэтому собеседники ему верили и делились данными.

…Поднимаясь по лестнице в «Вечёрку», уже на самом пороге коридора слышалось гудение голосов, доносящихся из разных кабинетов, стрёкот печатных машинок, шелест газетных гранок. Меня неизменно охватывал «вечёркинский» дух, который волновал, будоражил и радовал, что и я причастна к этой особой жизни, которой жили, как единой семьёй, окшомийцы и вечёркинцы. Ведь здесь,  в одном из кабинетов работал мой отец! В тех стенах кипела настоящая жизнь, в которой смешались всё  — и профессиональное, служебное, личное. Да, это действительно была большая семья…Ведь, по сути, люди, работавшие много лет в «Оешом-Вечёрке», становились почти близкими, несмотря ни на какие разнокалиберные конфликты, возникающие в любом коллективе. И, поверьте, каждый, кто приходил работать сюда, невольно ощущал и поддавался этой атмосфере.

Новый формат читабельности — вечерние газеты. Первые вечёркинские номера были, безусловно, самыми трудными, ведь это был период создания и становления новой газеты городского формата. Такой в Узбекистане еще не было! Вообще, начало 60-х годов в нашей республике  было динамичным и интересным, развивалась издательская сфера, соответственно и средства массовой информации. Кроме того, это был послевоенный период, а наши родители были тем поколением, которое непосредственно пережило страшные годы. И, конечно, даже спустя  более 20 лет после войны, людям требовалась своего рода компенсаторная функция, которая бы смягчала стресс, память, и остающуюся горечь от потерь и утрат…Если в кинематографии середины и конца 40-х годов такой своеобразной компенсацией выступали фильмы разных режиссёров, как, например, «Сердца четырёх» (1941 год), «Два  бойца» (1943 год), «Небесный тихоход» (1945 год) и другие, которые смотрели всей семьёй и которые действительно поднимали настроение, то к 50-60-м годам, кроме картин, такую функцию взяли на себя периодика и книги. В это время в Узбекистане организовывалось много журналов и газет, а на крупных предприятиях стали появляться многотиражки. Но категория вечерних газет была все-таки особой. В таком формате они начали выходить в каждом крупном городе, как например, «Вечерняя Москва», «Вечерняя Рига» и т.д., а выделяла их от других газет большая разнонаправленность и меньшая политизированность. В целом тиражи газет и журналов того времени были просто ошеломляющими. Например, к 1970 году в республиках выходило свыше семи тысяч  газет, а их разовый тираж приближался к 140 миллионам экземпляров, при этом газеты выходили на разных языках.  

И вот 1 июля 1966 года вышли первые номера газет «Тошкент окшоми» и «Вечерний Ташкент». И это был праздник для всего тогда маленького творческого коллектива. Увы, не помню всех подробностей этого события, а спросить детали уже и не у кого: но как-то во время нашей вечерней прогулки, что бывали, к сожалению, не так часто, папа рассказал, как после выхода первого номера все ходили окрыленные, а идеи так и сыпались…Все-таки насколько велико было стремление окшомийцев-вечёркинцев выпускать самую интересную и читабельную газету!..В первые месяцы становления «Окшом-Вечёрки» еще небольшой на тот момент творческий состав тщательно продумывал общий концепт газет, и на летучках обстоятельно разрабатывался каждый номер. А выходила тогда «Окшом-Вечёрка» шесть раз в неделю, доставка на дом или по юридическому адресу осуществлялась в тот же день вечером.... 

Михаил Фёдорович в самые первые месяцы пригласил работать в редакцию Надежду Панякшину, Эльвиру Адайкину, по-настоящему ставших стержнем коллектива, как и Зухра Агзамходжаева, которую переманили из «Совет Узбекистони». Затем в коллектив в разные годы влились Салих Якубов, Уткир Хашимов, Насриддин Мухаммадиев, Людмила Дергунова, Рахматулла Файзуллаев. .. «Сердцем» издания немало лет управлял Дмитрий Теплов — он был ответсеком. Страницы «Вечёрки» своими материалами разнообразили Вера Лапина,  Александр Тюриков, Василий Стулин, Виктор Энкер,, Лилия Пак, Андрей Бурыгин, Сергей Ли, Ольга Харченко, другие.

А какие здесь работали  профи-корректоры — Елена Степанова, Фая Гибазова, Диля Шайнутдинова.... Ценящий каждого работника  редакции главред Сагдулла Караматова оставил огромный след в памяти тех, кто эту газету помнит до сих пор, кто в ней работал и кто сотрудничал в качестве авторов. Уже хотя бы потому, что они были первыми…

Знаю, насколько мой отец уважал и ценил Сагдуллу Музаффаровича. Я была тогда еще школьницей, но в память врезались отцовские слова, когда он рассказывал маме о каком-то эпизоде из жизни редакции...«Наш редактор поступил мудро… Конечно, он может быть резким, но он  справедливый и умный человек!».

И вот эти два столпа – главный редактор и мой отец с нуля создавали газету. Именно они тщательно разрабатывали содержание первых номеров «Вечёрки»…Основная концепция газеты таковой и оставалась долгие годы — первые три страницы отдавались политической и идеологической информации, промышленно-экономическому блоку, а четвертая — развлекательным заметкам, кроссвордам, телепрограммам, юмору, рассказам т.д.

Мама рассказывала, что в период организации газеты папа практически дневал и ночевал в редакционных стенах…А редакция тогда размещалась в маленьком тесном помещении, которого уже нет, рядом с будущим на тот момент Домом знаний (сейчас это Государственный Академический   Русский драматический театр Узбекистана).

Профессионализм и порядочность. Эркин Мадиярович Эрназаров десять лет руководил редакцией Тошкент окшоми»-«Вечерний Ташкент», с 1989 по1999 годы. Я как раз работала в «эрназаровский» период и могу сказать совершенно точно, что на его долю, пожалуй, пришлось самое нелегкое время. Это было начало 90-х годов, период перестройки. Коллектив к этому времени многократно изменился, как и менялось само время, менялась республика. Но дух «Окшом-Вечёрки», её каноны и традиции продолжали витать в редакционных коридорах — их соблюдал, лелеял и оберегал костяк газеты. Тот самый, который сохранился с конца 60-х годов, момента организации газеты…

Я не стану писать о «склочно-конфликтных ситуациях», о которых вспоминал в своем цикле «Легенды старого Ташкента» бывший сотрудник «Вечёрки» Александр  Фитц (к сожалению, его уже нет, , ушел из жизни в 2025 году). Скажу только, как реагировал на них мой отец.  Как умному и порядочному человеку, желающему заниматься только творческой работой, он не втягивался в них. Но и так ясно, что желающим абстрагироваться от всей этой ситуации сотрудникам, было непросто работать в такой атмосфере. Отец умел дипломатично обходить острые углы, и в такие моменты просто еще больше окунался в работу. Благо, как-то быстро всё приходило в норму, возможно потому, что творческая атмосфера в редакции все-таки больше строилась на ценностях спокойствия, дружелюбия, даже некоего добродушия и симпатии ко всем «окшомийцам-вечёркинцам» — старым и новым. В целом, здесь работали люди, которые были готовы принять «новеньких» и понять «стареньких», только бы они все соблюдали принятые давние устои и правила. Как говорится, «в чужой монастырь со своим уставом не ходят».

Работать в разных  условиях Михаилу Фёдоровичу помогали его безупречные порядочность, честность и уж точно фронтовая выдержка. И доброта! Просто удивительная доброта, с которой он всегда общался с разными людьми. Пройдя военные тяготы, он, тем не менее, никогда не закрывался от людей. Он просто умел общаться, и секрет его обаяния, о котором говорили многие, был именно в доброте и искренности! Мой отец из далекой российской деревни в Туруханске, а это самая глубь сибирской тайги, ушёл добровольцем на фронт в 17 лет, прибавив себе год...Подорвался на мине в танке, перенес во фронтовом  госпитале 54 операции. Это был Человек, который каждый день, совсем еще молоденьким парнишкой, видел смерть. Конечно, он рано понял цену жизни человека и цену словам людей. Поэтому какие конфликты, какие местнические баталии за влияние в чем-то?.. Из-за лицевых ранений ему нельзя было жить в суровом снежном климате, поэтому папа перебрался в Ташкент. Здесь он окончил отделение журналистики при филологическом факультете Ташкентского государственного университета (сейчас Национальный университет Узбекистана). Тяга к знаниям, самообразованию у него были с детства, он был самым частым гостем сельской библиотеки в далёкой Сибири и южно-знойном Ташкенте. Он твёрдо считал, что именно любопытство и самообразование — основные критерии профессионализма журналиста. Собственно, для него они стали решающими аргументами в выборе этой профессии. Разумеется, эти и другие качества, а ещё колоссальный опыт выделяли Михаила Фёдоровича, где бы он ни работал. Ценили и уважали его везде! Уже потом я узнала — его имя было своего рода синонимом гарантии качества работы, как гарантом выступали также его профессионализм и порядочность в отношениях с людьми. Нередко к нему обращались за помощью из местных структур власти — горкома, обкома (сейчас хокимияты). Его работа с представителями этих органов оценивалась не по указке и заготовленному списку сотрудников на почетные грамоты, а потому, что Михаила Савельева действительно знали  все работники «коридоров власти» Узбекистана и по-настоящему ценили. Зная огромный опыт Михаила Фёдоровича, знание им экономики и его ответственность, руководители тогдашних высоких инстанций типа горкома, обкома всегда просили «выделить» для подготовки их итоговых докладов Михаила Савельева, зная, что все будет сделано в срок и по высшему качеству.

Михаил Фёдорович был одним из Почётных членов Союза журналистов СССР и Узбекистана,  ему в разные годы вручали награды высокие представители власти. 

Он был награжден Орденом Отечественной войны, Орден Славы, юбилейными медалями «60 лет Вооружённых Сил СССР» и «70 лет Вооружённых Сил СССР», медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», медалью «Ветеран труда», это была государственная награда , учреждённая для награждения за долголетний добросовестный труд, а также еще целый ряд других отличий. Отцу в разные годы вручены Почетные грамоты, и среди них государственная награда Узбекистана за высокие достижения в труде, развитии народного хозяйства, науки, культуры, искусства — Почётная грамота Президиума Верховного Совета Узбекской ССР. Он также имел Почётное звание Узбекской ССР, учреждённое в 1966 года Указом Президиума Верховного Совета Узбекской ССР «Заслуженный работник культуры», а чуть позже ему было присвоено  Почётное звание «Заслуженный журналист Узбекской ССР» за значительные заслуги в развитии отечественной печати, радиовещания, телевидения и высокое профессиональное мастерство.

Коллеги. Пожалуй, отношение моих родителей к людям вправе назвать бережным и деликатным. С годами анализируя родительские образы, их поведение, отношение, примеры, я каждый раз приходила к одному и тому же итогу — относись люди друг к другу вот также, как они, насколько легче, проще и теплее жилось бы человеку!

Отец с неизменной доброжелательностью и теплотой отзывался о своих коллегах — Эльвире Адайкине, ценя её юмор и прямоту, Надежде Панякшиной с её высоким профессионализмом и ставшую сегодня непопулярной ответственностью. Вася Стулин был ему симпатичен своей доброжелательностью и улыбчивостью, а вот Вера Лапина была нередким гостем в нашем доме. Помню, мы были на свадьбе её дочери Галины, и мои родители в тот период стали для Веры Витальевны большой моральной поддержкой. В. Лапина работала в отделе экономики, и я помню, что она была весьма творческим человеком. Достаточно сказать, что она проделала поистине титанический труд, когда готовила свою книгу «Ташкентские мальчишки» вместе с Лией Бережных. Книга повествует о молодых ташкентских ребятах-фронтовиках, погибших  в годы Великой Отечественной войны в 1941-1945 годы. По мере подготовки книги, очерки о фронтовых подвигах ташкентцев выходили также в газете «Вечерний Ташкент». И в этой памятной эпопее был рассказ и о моём отце.

Говоря о человеческом отношении, достоверно знаю, что для Михаила Фёдоровича многие коллеги были, по сути, близкие люди…А как он ценил своих авторов, работающих на различных заводах и фабриках Ташкента! О некоторых он  говорил, что они «умеют пользоваться ручкой и блокнотом. И главное, мозгами!». Некоторые из авторов бывали у нас дома, как например, Валентин Титов, их связывали дружеские отношения. К слову, привлеченные авторы всегда были в почёте у журналистов разных изданий. Потому что авторский актив означал не только своевременную сдачу строк в номер, но и  разнообразие рубрик и тем. Некоторые из авторов «Вечёрки» публиковали стихи, юморески, фельетоны…Конечно, это делало страницы газеты живее, интереснее и все более популярнее. Недаром «Окшом-Вечёрка» многие годы сохраняла самый высокий тираж среди других газет, издающихся в республике.

Отцовские заповеди. Достойный человек, при этом очень скромный, ответственный и совестливый. А еще отец был по-сибирски радушный, жизнерадостный, с отличным чувством юморам, прекрасно играл на баяне, гитаре, причем, обучился сам. По сути, многие замечательные качества папы, которые я потом по жизни инстинктивно искала в людях, давно уже стали редкими, даже - извините -  вымирающими… Помню, когда что-то не очень приятное произошло в школе и каким-то образом инцидент затронул меня, папа первым делом спросил: «ты виновата в случившемся?». Виновата я не была. И тогда он сказал, «раз ты не виновата, значит, не нужно переживать. Держи голову выше». И произнёс фразу, которую я запомнила на всю жизнь, как отцовскую заповедь: «Научись держать удар! В любых случаях! И еще запомни, дочь, из цугцванга есть выход!». К слову, папа и мой брат превосходно играли в шахматы.

Сейчас пишу, вспоминаю и понимаю, что никогда от папы я не слышала, чтобы он когда-либо отзывался о ком-то плохо. Мы редко видели его в плохом настроении, с работы он почти всегда приходил веселый,  жизнерадостный, как человек, который по-настоящему любит свою работу, и которому общение с коллегами доставляет радость и удовольствие. Это, знаете ли, редкое сочетание, и если такое совпадение бывает, то это огромное счастье!

И только спустя годы, я поняла, что это состояние и ожидание интересного, осознание собственной нужности выстраивали день отца с самого утра с максимальной пользой и цельностью. Наверное, по сути, папа ни одного дня и не работал, не любя и не ценя свою работу, свой кабинет, своих коллег, он не считал работу каторгой, как большинство людей…

Собственно, в этом наши родители были похожи — интеллигентные, доброжелательные, в высшей степени честные и порядочные, они и нас с братом Александром воспитывали на своих примерах, показывая, что есть действительные ценности и что значит доброжелательное отношение к людям и жизни. 

Нежно любимая редакция, где прошли самые  счастливые годы жизни. В нашей семье уже знали, что «дежурство по газете» означало, что папа может прийти домой совсем поздно, и что это очень серьезный и ответственный день для любого сотрудника газеты. Спустя годы я сама уже дежурила по газете, в том числе и в «Вечёрке». И совершенно точно знаю, что чувство ответственности дежурного по номеру, интерес и особое отношение к такому дню у меня от отца. Мы видели, каким измотанным и уставшим он приходил после дежурства по газете. Михаила Фёдоровича чаще всего назначали дежурным, когда в номере ожидалась публикация серьезных правительственных и политических документов. «Окшом-Вечерка» выходила шесть раз в неделю. И если сотрудники других республиканских газет по субботам отдыхали, то много лет окшомийцы-вечёркинцы имели один выходной — воскресенье.

Самыми главными помощниками журналисту в дни дежурства по газете были корректоры. Елена Степанова, Фая Гибазова и Диля Шайхутдинова... Все они много лет проработали в газете. Журналист, у которого, как мы всегда говорили в своей среде, глаза были вечно замыленные после мероприятий, которые еще нужно было оперативно осветить, могли и не замечать своих опечаток. Опытность и внимательность корректоров при чтении гранок в таких случаях были просто незаменимы и неоценимы! Папа это понимал и знал, насколько сложна их работа. Фая с её огромным опытом, грамотностью и умением литературно подработать стиль была просто бесценна. А еще Фая была одним из самых добрых людей в коллективе, этакий солнечный лучик, улыбка почти всегда светилась на  ее милом лице. Фаечка сейчас живет в России, в славном городе Казань вместе со своей большой и дружной семьёй.

Вот что она написала: «Вечёрка» - нежно любимая мною редакция, где прошли по-настоящему лучшие,  самые  счастливые годы  жизни среди прекрасных  и талантливых людей, отзывчивых и приветливых! Царила практически семейная обстановка, все радости и горести делились всем коллективом. Были, конечно,  и подводные течения, обиды и непонимание, но в общей картине  это не казалось вселенским бедствием!

Я прекрасно помню Михаила Фёдоровича и по-особому относилась к нему. Помимо того, что он был талантливым журналистом, старшим товарищем для многих молодых  людей, приходивших  на  работу в «Вечёрку», нередко я видела в нем своего отца. Оба прошли войну от начала и до ее конца.  И еще мне нравилась улыбка Михаила Фёдоровича - задорная и лукавая, когда он общался в хорошем расположении духа, и глаза по-молодому блестели… Конечно, о каждом из нашего коллектива можно сказать самые добрые слова, но тогда из  наших воспоминаний получится целая книга!».

И в том, что написала Фая Гибазова, чувствуется большая теплота, любовь и нежность к «Окщом-Вечёрке» и окшомийцам-вечёркинцам. Особый дух, особые традиции, особая категория людей, которых на долгие годы объединили столичные газеты, все они работали и жили под знаком «Окшом-Вечёрка».

Особенность была даже в том, как Михаил Фёдорович относился к своей профессии и журналистике в целом. Собственно, как и многие журналисты той эпохи и той школы. Так уже, увы, не считают и не относятся… Сегодня время других канонов!

Профессию журналиста отец считал удивительной и говорил, что журналистика, как ни одна другая специальность, подразумевает прежде всего любопытство и умение удивляться. «Удивление вызывает любопытство и любознательность, и очень полезные в этой профессии въедливость, когда появляется желание больше и глубже узнать суть вопросов», говорил он. Я видела, как отец работает над текстом, работает над словом, уже даже будучи абсолютным профи. А раньше ведь не было компьютеров, не было личных эмайлов, Интернета. Инструментами журналиста были только бумага, ручка, печатная машинка, собственные ноги и мозги. А ещё умение и смекалка выходить из любой ситуации. И самых разных ситуаций активный журналист может припомнить массу! Я видела, как по несколько часов папа крутил диск телефона, чтобы уточнить  информацию, согласовать возможные спорные моменты в материале, договориться об интервью и встречах. А ответственность журналиста за даты, цифры, факты? Раньше вообще считалось недопустимым ошибиться в материале хоть в чём-то! И ответственность фактически из персональной, личной перерастала в ответственность перед редакцией. В конечном итоге, правильность изложения фактов и цифровых данных говорила об уважении журналиста к своему собеседнику, уважении к своим материалам и, безусловно, к своим коллегам и главному редактору. Подвести в чём-то это было сродни катастрофе!

Отец был для нас со старшим братом Александром примером во  всём, как и мама, Галина Александровна. Спустя много лет понимаю, что каждый день нашими родителями подавались примеры, которые с детства прививали нам с братом уважение к людям, к работе и формировали представление о нормальных человеческих качествах. На примерах родителей мы учились осознавать ценности в жизни и навыки правильного общения с людьми, да даже умению радоваться каждому дню и его мгновениям,  различать черное и видеть белое…Мы росли в атмосфере любви и уважения друг к другу, порядочности и, безусловно, в атмосфере творчества. Как я уже писала выше, папа хорошо играл на баяне и гитаре, Саша также умел подбирать гитарные аккорды, а мама любила петь, и мы с ней порой пели вместе. За круглым столом в нашей небольшой двухкомнатной квартире нередко собирались друзья — и родителей, и наши. Люди, которые делали наш дом еще уютнее и теплее…И первые книги, знакомство с жизнью открывали для нас наши родители… Вспоминается, как папа говорил: "чтобы быть журналистом, нужно иметь особый характер и, при необходимости, проявлять стальной характер".  К слову, дух «Вечёрки» у многих выковывал и эту сталь, и характер уж точно закалялся! Работать в таком издании было не каждому человеку по силам — и в профессиональном плане, и моральном. Так что «Окшом-Вечёрка» стала для многих своеобразной школой: повышения профессионализма за счет необходимости оперативно разрабатывать материалы, и воспитания стали в характере, учитывая моральные моменты.

Увы, сейчас «Тошкент окшоми»-«Вечерний Ташкент» много лет не выходит. Как нет уже и многих, кто работал в первые годы…Низкий им поклон! Память о них сильна теми людьми, которые еще есть сегодня, и которые помнят, КАКОЙ была эта действительно уникальная газета. Эти люди, и в их числе я, помнят редакционные коридоры, свои кабинеты, летучки, творческие беседы, а также споры и оры, вину за невольные ошибки и  главредовские «на ковёр», а ещё веселые взрывы хохота, дни рождения, праздники, радости и печали…Они тоже были общие.

Но, знаете, каждый знал, если вдруг что-то случится, окшомийцы-вечёркинцы, а точнее - старожилы столичных газет протянут руку помощи и поддержат. Ну, а это дорогого стоит! И, наверное, в этом заключалась моральная суть настоящих «Окшом-Вечёрок», какими они были в свои первые годы деятельности и жизни.. То были самые первые окшомийцы-вечёркинцы! Последующему поколению, соприкоснувшемуся с этой уникальной редакцией, остаётся временами с объяснимой грустью вспоминать, «как же здорово, что «Окшом-Вечёрка» была в нашей жизни»…

…Спустя годы я поняла и ещё нечто важное — каждый, исходя из уровня своей культуры и уровня воспитания, помнит то, что в состоянии оценить по шкале собственной душевности, деликатности и ума.

Ольга Савельева