Каждый приход в эту галерею становится своего рода маленьким праздником. Так было и в этот раз. Особая творческая атмосфера, отличные коллекции работ народных мастеров, живопись и графика, великолепные фарфоровые изделия, большой выбор самой современной национальной одежды, запоминающиеся надолго творческие встречи привлекают сюда немало посетителей. А на встречу с Ильей Небословом пришло много поклонников его таланта и каждая песня встречалась аплодисментами.
За его плечами множество песен, десятки альбомов (40+), спектакли и музыкальные истории , мюзикл «Алиса в Зазеркалье», спектакли «Париж - столица Марса», «Цирк», «Волшебник и дракон»). В его активе успешные гастроли во многих странах СНГ.
Все остальные подробности в интервью Ильи Небослова нашему сайту Культура Узбекистана
-Илья, в жизни очень хочется встречаться почаще с людьми, которые знают немного больше, чем ты , которым есть , что сказать, но это можно сделать по-разному. Можно и петь. Вот вы поёте так интересно, захватывающе, что хочется вас слушать. Почему и когда вы почувствовали, что вы должны стать певцом и именно этого жанра?
-Ну, начнём с того, что у меня нет никакого жанра. То, что вы видите, обусловлено просто тем, что я здесь один, и у меня гитара. Если бы у меня был какой-то другой инструмент под рукой или были какие-нибудь музыканты знакомые, то вы бы увидели несколько другой жанр. В наше время вообще ограничиваться каким-то одним жанром, наверное, маловато, потому что слишком много всего интересного есть вокруг нас.
-Да талантов у вас много, поэтому вы можете быть таким многообразными. Петь вообще вы когда начали?
-Когда мне было 10 лет, я услышал группу «Сектор Газа». И меня она настолько впечатлила, даже не сами песни, а то, как они выстраивали альбом, потому что у них альбомное мышление, видимо. И я подумал: «Я тоже хочу записывать альбомы». И так у меня и идёт. То есть я даже больше не песнями мыслю, а альбомами. И потом я услышал Beatles, и всё, и моя жизнь уже не могла оставаться прежней. стал писать песни постоянно. И очень хотел группу собрать, потом собрал эту группу. Мы выступали очень много. Ну, так оно, собственно, и остаётся. Сейчас группа поменьше выступает, потому что все разъехались по разным странам. Но вот я езжу, выступаю, песни свои пою.
-Вы поёте только свои песни, правда? Так я понял?
-Ну 99 % своих и немножко иногда я пою переделки, свои переделки чужих песен. А иногда я пою, например, вот я знаю пару таджикских песен. Я их пою тоже.
- Ну это родина. Это навсегда.
-Да, так-то я много песен знаю. Я могу петь Цоя, Beatles могу петь, ну вообще много всяких, бардовские какие-то песни.
-Ну вы видите, как влияют ваши песни на аудиторию, на ваших друзей, на ваших знакомых?
-Ну да, я вижу. По-разному влияют. На кого-то так. на кого-то иначе.
Почему по-разному? Я думаю, что влияют очень хорошо, потому что вам есть что сказать . И вы это делаете довольно интересно, любопытно, я бы сказал.
-Ну да, возможно.
-Но людям это надо, я думаю. Был период, когда очень много таких вот было певцов, бардов, да? Сейчас их стало не так много, потому что для этого надо быть очень умным человеком, талантливым человеком. Так ведь?
-Не знаю. вы знаете. Я же внутри себя как-бы сижу. Ну, пишу песни просто, и всё. Есть люди, которым это нравится. Они приходят. Я им очень благодарен за это, за то, что они слушают. Есть люди, которые очень много слушают даже. И это удивительно, да? То есть, например, если у меня тысяча песен, например, а человек всю эту тысячу песен может послушать.
-А цель какая у вас, когда вы поёте?
- Чтобы меня не только услышали, но и поняли мои думы и устремления.
-Что вы ждёте от публики?
-От публики я жду, что она придёт. Мне больше, в принципе, от неё, ничего не надо. Надо, чтобы они пришли. Дальше уже мы с ними договоримся как-то, каким-то образом. То есть я буду петь, они будут слушать, они будут участвовать, они будут задавать вопросы, подпевать. Взаимный процесс, общий.
-Ну это разговор о жизни, так ведь?
-Так или иначе, в широком смысле, да. А кроме жизни-то и ничего и нет. Даже смерть — это часть жизни. Ну, вообще, о чём больше всего думаю, о том и пою.
-А о чём вы больше всего думаете?
-Ну как, о жизни, о любви, о смерти, о вечности, о космосе, о боге.
-А тема любви какое место занимает в ваших программах?
-Я думаю, что первое, наверное. Ну, а собственно, любовь — это синоним жизни, любовь — синоним бога. Это всё на первом месте, получается. Радость. Радость. Ну да всё, это всё вместе. Нет там каких-то первых, вторых мест, десятых. Всё вместе на первом месте, и всё это важно.
- Мы наблюдаем, что вы всё чаще приезжаете в Ташкент. Что вас притягивает?
-Ну, люблю Ташкент просто. Ну, вот когда думаю о Ташкенте, думаю: «О!» — сразу тепло становится внутри. Ташкент. Здесь как-то мне всё понятно более-менее. Я же здесь недалеко вырос, в Таджикистане, и мне это всё хорошо знакомо. Мне знаком воздух этот, знаком климат, знакомы люди, строения. Я очень люблю, что здесь такая длинная весна. Здесь у меня много друзей появилось. Здесь я какие-то свои мечты воплощаю в жизнь, например. Но так или иначе, мне вообще почти везде нравится. Ну, Ташкент нравится чуть побольше.
-У Лолы Сайфи, в ее галерее «Человеческая одежда», где сегодня проходит ваш концерт, вам, наверное, особенно нравится?
-Конечно, конечно. Отличная галерея.
-Здесь особая территория какая-то, правда?
-Да.
-Вообще, как вы оцениваете эту галерею?
-В смысле, пять звёздочек поставлю, это да.Или как оцениваю? Ну, здесь все прекрасно. Все наши концерты здесь особенные, всегда. И мы здесь не только концерты играли, мы здесь и спектакли показывали. И это всегда прекрасно.
- Ну, здесь такая необычная территория какая-то, и аура особая какая-то. Хорошая ведь галерея, правда?
-Конечно, конечно, очень хорошая. И когда меня спрашивают, что в Ташкенте стоит посмотреть , куда сходить, я всегда говорю: Театр «Ильхом» и Human House.
-Значит, продолжение следует. Значит, вы друг Ташкента, значит, вы будете приезжать, и мы будем с вами ещё и ещё встречаться.
-Да, я очень на это надеюсь и всегда об этом мечтаю.
БОРИС БАБАЕВ, kultura.uz
фото Елены Ветвиковой
